Жена в прозрачном халате

20.04.2020 0 Автор admin

Валя открыла ночью дверь — и обомлела: на пороге стоял ее муж в халате и тапках соседки

Мы все ее недолюбливали. Но выглядела эта Галина, надо отдать ей должное, всегда хорошо. Высокая была, стройная. Всегда с прической. И вещи откуда-то доставала фирменные в те времена повального дефицита. Дома она ходила в шикарном бордовом китайском халате — ни у кого такого не было. Халат этот нарядный мы успели разглядеть, когда Галина выходила на балкон — в гостях у нее никто из нас не бывал.

Я жила тогда на третьем этаже и хорошо общалась со своей соседкой Валей, а эта Галина жила в квартире прямо над ней. Так вот, случился в нашем подъезде однажды такой казус. Муж Валентины уехал в командировку на пару дней. И вот на вторые сутки его отсутствия в два часа ночи Вале вдруг позвонили в дверь. Она спросонья даже испугалась: кого это посреди ночи принесло? Но так как у Вали бабушка старенькая и больная жила на другом конце города и она за нее все время переживала, то у нее от испуга сразу мысль: «Вдруг что с бабулей случилось?» Подошла она к двери, спрашивает: «Кто?» А оттуда — голос мужа: «Открывай! Чего закрылась?» Валя открыла — и обомлела: на площадке стоял ее супруг с пустым ведром в руках и в знаменитом Галином китайском халате, босые ноги в тапках. Как Валентина потом мне рассказала: «Смотрим друг на друга, вытаращив глаза, и ничего не понимаем оба. Потом он резко развернулся — и помчался вверх по лестнице, только пятки засверкали».

Уже потом доверчивая Валя узнала, что ее супругу давали за сверхурочные отгулы на работе, а он в эти отгулы ездил в «командировки» — к соседке Галине на четвертый этаж. Жил несколько дней у любовницы, практически через стенку от жены, а потом как ни в чем не бывало домой возвращался. Удобно устроился! Вот и в тот вечер они с этой Галиной хорошо провели время, как следует выпили, наутро он должен был «приехать из командировки». Уж не знаю, зачем, но любовница ночью попросила его мусор вынести. Он вышел в ее халате, мусор выкинул, покурил на крыльце, а потом машинально к себе на третий этаж поднялся и ручку дергает. Удивился, что закрыто, — ведь только вышел же, зачем, мол, заперлась? И начал в дверь звонить. Так по-глупому себя и выдал. Скандал ему Валя тогда закатила такой, что весь подъезд проснулся. Галине этой прическу тоже потрепала. Ну, муж после этого по командировкам ездить перестал, остепенился. Или скрываться научился лучше, этого уже мы теперь не узнаем»…

Анна Николаевна, г. Мичуринск

Мадам посольша. Женщина для утех (47 стр.)

Наступил вечер. Служанка принесла ужин. По количеству приборов я, к своей радости, поняла, что мне не придется делить трапезу с миссис Джонс, которую я возненавидела всей душой. По ее вине я сидела с незнакомым мужчиной у того же камина, в той же комнате, где пережила часы наивысшего счастья в жизни с любимым.

Я не была голодна. С трудом проглотила кусочек мяса и по настоянию мистера Н. выпила две рюмки вина.

То ли вино ударило мне в голову, то ли мистер Н. насыпал в него какого-то зелья, но, когда он опять приблизился ко мне, его прикосновения уже не казались мне такими отвратительными. При этом я не чувствовала к нему и тени симпатии. Точно так я восприняла бы любого мужчину.

Мистер Н. внимательно следил за мной. Уловив изменения в моем настроении, он медленно и осторожно начал готовить меня к новым атакам. Поцелуи его становились все более страстными, ласки более смелыми, и, наконец, его руки добрались до моей груди. Его старания не были напрасны. Под настойчивыми мужскими руками, ласкавшими меня, грудь моя напряглась, я вся задрожала от возбуждения.

Почувствовав, что я дрожу как в лихорадке, мистер Н. наклонился и засунул руку мне под юбку. Минуту она лежала у меня на коленях, потом стала медленно передвигаться вверх по бедру, горячие пальцы приближались к интимной щели. Совсем недавно он овладел мной без всякого сопротивления.

Но сейчас я плотно сжала ноги и не пустила его. Когда он надавил сильнее, я взмолилась:

— Перестаньте! Не могу, в самом деле не могу. Поверьте мне! Я себя ужасно чувствую. У меня совсем нет сил. Вы должны понять меня.

Видя, что я не притворяюсь, мистер Н. отодвинулся и сказал, уже направляясь к двери:

— Поспи немного, дорогая. Это тебе поможет. Я вернусь через час и прошу тебя, не будь такой равнодушной, такой холодной. Ты скоро убедишься, что я не заслуживаю этого.

Вскоре после ухода мистера Н. служанка принесла теплую кашу в серебряной мисочке, пообещав, что это меня заметно подкрепит. Я не успела еще проглотить и несколько ложек каши, приготовленной по рецепту старой сводни миссис Джонс, как удивительное тепло разлилось ко всему моему телу. В крови загорелся огонь возбуждения, какого я давно уже не чувствовала. Я страстно хотела мужчину.

Служанка погасила свет и удалилась, пожелав мне доброй ночи. Не успели еще затихнуть ее шаги, как в комнату вошел мистер Н. В халате и ночном колпаке. Он нес две зажженные свечи. Притворив дверь, приблизился к кровати.

— Не волнуйся, милая, — сказал он. — Я буду очень осторожен. Не причиню тебе зла.

Говоря это, мистер Н. снимал халат. Оказалось, что у него хорошая фигура и сильная волосатая грудь.

Кровать прогнулась под его тяжестью, когда он лег рядом со мной. Свечи горели на ночном столике. Он хотел не только чувствовать, но и видеть мое тело. После первого поцелуя он откинул одеяло и долго восхищался моей наготой, потом стал покрывать меня горячими поцелуями. Но вот он решил изменить позицию. Стал на колени между моими согнутыми в коленях ногами и задрал рубашку.

Открылись мускулистые бедра и напряженный красный член, который торчал из-под живота, покрытого густой щетиной волос. Вся нижняя часть тела казалась черной от их буйных зарослей.

Наконец он вогнал в меня свой мощный штырь так глубоко, как только мог. Он работал изо всех сил и своими стремительными движениями возбуждал мою чувствительность. Инстинктивно я начала помогать ему, двигаться в такт его движений. Животная страсть сначала медленно, потом все быстрее и сильнее начала концентрироваться в соответствующей точке моего тела.

Все барьеры рухнули. Это была уже не я. Это была самка, охваченная неудержимым половым инстинктом. Я не контролировала ритмичных — вверх-вниз — движений своих напряженных бедер, движений, которые многократно усиливали растущее наслаждение. Потом оно достигло высшей точки и мучительной волной разлилось по всему телу.

Все это время я знала и чувствовала, какая огромная пропасть лежит между этим животным совокуплением самки и самца и тем неповторимым слиянием тел и сердец, которое венчает истинную любовь — ту, которая соединяла меня и Чарльза.

Мистер Н. оставил мне не слишком много времени на воспоминания, размышления и сравнения. Буквально через несколько минут после сношения он был уже готов к следующему, как будто доказывая, что звериная мощь его тела соответствовала в полной мере его неукротимому вожделению. Он успел только осыпать меня поцелуями и снова вогнал свой член в глубину моего тела.

Так прошла эта ночь: любовные акты следовали почти без перерыва — один за другим. Только заглянувший в окна рассвет немного охладил поразительную страсть моего нового партнера. Мы провалились в глубокий сон. Но уже в десять часов, когда я открыла глаза, он был готов снова показать свою мужскую силу. Не хотел терять ни минуты. Я и охнуть не успела, как он опять влез на меня.

В одиннадцать миссис Джонс принесла две миски дымящегося ароматного супа.

— После бурной ночи не мешало бы подкрепиться, — захихикала она. — О, какая прелестная любовница и какой прекрасный любовник! Приятно посмотреть! — Она бесстыдно разглядывала измятую, скомканную постель и нас, уставших после бессонной ночи.

Кровь бросилась мне в голову. Я с трудом удержалась от того, чтобы не крикнуть ей прямо в лицо, как я ее презираю и ненавижу. Я демонстративно отвернулась к стене.

— По-моему, ты не очень-то любишь миссис Джонс, — сказал мистер Н., когда ведьма наконец убралась из комнаты.

— Ненавижу! — крикнула я. — Всей душой ненавижу! Даже ее вид вызывает омерзение.

— Что может быть проще! — мягко улыбнулся он. — Сделаем так, чтобы ты никогда ее больше не видела. Ты стала мне очень близка и дорога. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была спокойна и счастлива. После всего, что случилось, ты не можешь оставаться в этом доме. Уже сегодня переедешь. Я найду другую, лучшую квартиру. Оставляю тебе немного денег на всякий случай. — Он положил на одеяло кошелек, в котором было двадцать две гинеи. — Это все, что у меня при себе. Потом дам еще. — Он стал одеваться. — Я вернусь вечером. А пока постарайся не вступать с ней в разговоры.

Когда мистер Н. ушел, я посмотрела на кошелек. Первые деньги, полученные от мужчины, плата за любовь. Да, это был первый шаг к моему падению. Беспомощная, одинокая, я поддалась течению грешной, беспутной жизни. С Чарльзом все было совсем по-другому!

Если бы мистер Н. был моим первым мужчиной, возможно, я сумела бы полюбить его. Но в моем сердце не было места новому чувству. Желание не могло заменить утраченной любви. Мистер Н. не мог заменить Чарльза.

Глава шестнадцатая
Верность мистера Н.

Мой новый любовник сдержал слово. Он вернулся за мной в шесть часов, и я покинула дом, в котором пережила единственную в своей жизни любовь, а потом столько выстрадала.

Новая квартира находилась в доме купца, у которого были какие-то финансовые обязательства перед мистером Н. Хозяин согласился сдать нам за две гинеи в неделю весь первый этаж и предоставил в мое распоряжение служанку.

Первый вечер в новом доме мистер Н. посвятил только мне. Заказал в ближайшем трактире ужин. Мы пили хорошее вино. Потом моя новая служанка помогла мне раздеться и приготовиться ко сну. К этому «сну» очень скоро присоединился мистер Н. и, несмотря на бурно проведенную прошлую ночь, так и не дал мне ни минуты покоя. Только ближе к полудню сумели мы наспех позавтракать.

Наши отношения стали понемногу налаживаться. Полюбить я уже не могла. Но относилась к нему с искренней симпатией. Его неподдельное восхищение тешило мое женское тщеславие, тем более что доказывал он свою любовь дорогими подарками — бриллиантовыми серьгами, жемчужными ожерельями, золотыми часами, шелками и бархатом. Эти доказательства любви очень нравились мне. Все это в сочетании с невиданной мужской силой мистера Н. и стало причиной того, что хоть я и не любила его, но чувство, которое пробуждалось во мне, начинало постепенно походить на любовь.

Он был необычайно добр. Исполнял любые мои желания. Но меня угнетало это постоянное «одиночество вдвоем». Мне хотелось встречаться с людьми. Я уже тосковала по шумным, веселым компаниям. Не могла же я постоянно общаться только с ним! По интеллекту он значительно превосходил меня, но не умел или просто не хотел поднять меня до своего уровня. Кроме разговоров на убогие бытовые темы, нам просто не о чем было говорить. Между нами была пропасть. И мостом через эту бездонную пропасть могла быть только кровать.

Мистер Н., через руки которого прошло множество женщин, понял, как я одинока, и хоть не слишком охотно, но все-таки ввел меня в круг своих близких друзей и их развеселых подружек.

В этой компании я очень быстро избавилась от остатков стыда и девичьей скромности. Познакомилась я с особой кастой молодых красивых женщин, которые дни и ночи безумно тратили на любовные утехи, пустые развлечения, пирушки, нисколько не задумываясь о том, как бессмысленна, скучна и однообразна эта жизнь наложниц, существующих по милости и для удовольствий бездельников с тугими кошельками. Наблюдая за этими женщинами, за их беспутной жизнью, я все больше убеждалась в том, что если они еще способны на какие-то чувства, то должны люто ненавидеть своих богатых покровителей, а не ломать перед ними комедию, изображая пылкую любовь и преданность. И очень быстро я смогла заметить — ведь их столько промелькнуло у меня перед глазами, — что не было среди них ни одной, которая не испытывала бы те же чувства, хотя бы тайно, в глубине души.