Пересадка головы спиридонов

02.03.2020 0 Автор admin

Россиянин отказался от мечты о пересадке головы

Валерий Спиридонов, которому сейчас 33 года, страдает от синдрома Вердинга-Хофмана. Эта тяжелая форма мышечной атрофии, от которой, как правило, умирают еще в подростковом возрасте. Тем не менее Валерий сумел выжить, получить образование и профессию. В 2015 году с ним связался итальянский нейрохирург Серджио Канаверо, который заявил, что готов попробовать провести уникальную операцию — пришить голову Валерия к здоровому телу. Была даже названа примерная дата трансплантации — ближе к Рождеству 2017 года, однако в итоге ничего не состоялось: Канаверо получил финансирование и лабораторию от китайцев и отказался заниматься Спиридоновым. Возможно, что изначально эта идея была неосуществима.

Впрочем, сейчас Валерий Спиридонов ни о чем не жалеет. Несмотря на то, что операция не состоялась, он получил всемирную известность. Будучи талантливым программистом, он активно занялся собственными проектами: придумал «умное» инвалидное кресло с голосовым управлением, а также разработал мобильное приложение, чтобы жители его родного Владимира могли делиться в нем городскими проблемами. И наконец, он женился на красивой девушке — тоже жительнице Владимира — и переехал с ней жить в США, где в ноябре прошлого года у него родился абсолютно здоровый ребенок. Сейчас Валерий живет недалеко от Майами. Он получает степень магистра компьютерных технологий в одном из университетов и работает в этой же сфере — занимается робототехникой и искусственным интеллектом. Возвращаться в Россию он не планирует и о пересадке головы уже не мечтает.

Валерий Спиридонов выступил в телепрограмме Good Morning Britain, где рассказал о том, почему больше не хочет подвергать себя операции. По словам россиянина, он не может позволить себе оставить ребенка и жену даже на несколько месяцев.

Валерий Спиридонов: «Со мной рядом женщина, которую я люблю, я счастлив, что женат на ней и что у меня теперь есть прекрасный ребенок. Я не могу оставить их без своего внимания даже на несколько месяцев».

На Серджио Канаверо, который сейчас работает в Китае, Валерий не обижается. Более того, по его словам, он поддерживает его проекты и исследования, поскольку считает, что в будущем они помогут людям c тяжелыми болезнями снова встать на ноги.

По материалам: Daily Mail.

В 2017 году итальянский хирург Серджио Канаверо планирует провести первую в истории сложнейшую операцию, в ходе которой пересадит голову живого пациента на тело умершего. Операция будет осуществляться в несколько этапов. Подопытный, которым добровольно стал программист из России Валерий, говорит, что его родные не сразу приняли его решение, так как подобные хирургические вмешательства раньше не производились. Валерий считает, что ему терять нечего:

-Боюсь ли я? Конечно, мне сильно страшно, но другого варианта у меня попросту нет. Это не ужасно, а скорее интересно. Я буду очень рад, если эксперимент пройдет успешно, после чего я смогу жить как нормальный, полноценный человек. В обратном случае, мои мучения прекратятся. Если я пропущу этот шанс, то моя судьба будет крайне печальной. С каждым днем я чувствую себя хуже.

Сам С. Канаверо считает, что его операция пройдет успешно. На данный момент ему продолжают приходить письма от желающих обрести новое тело, но первоначально он собирается помочь именно тем, кто страдает от мышечной дистрофии, которая с рождения не дает нормально жить Валерию.

Операция будет осуществляться следующим образом

Во-первых, следует заметить, что на реализацию подобного сложнейшего хирургического вмешательства докторам понадобиться 36 часов. Стоимость вмешательства составляет семь с половиной млн. евро. В качестве донора будут использовать человека, чей мозг биологически мертв, а тело пребывает в идеальном физическом состоянии. Донор обязательно будет полностью здоровым и не имеющим вредных привычек при жизни.

Перед операцией тела обоих (донора и пациента) охладят до пятнадцати градусов, что поможет избежать смерти и убережет внутренние органы от разнотипных повреждений. В первую очередь хирург разрежет кожу, мышцы и кровеносные сосуды, расположенные на шее. После рассоединит кости, не повреждая спинной мозг. С помощью специальных устройств головы зафиксируют на телах, и только потом разрежут особым лезвием, которое будет изготовлено специально для такой операции, спиной мозг. Далее голову Валерия пересадят на тело донора и «припаяют» спинной мозг полиэтиленгликолем. В конце операции хирург соединит сосуды и мышцы, а также кожу. Пациенту придется пребывать в неподвижном состоянии 3-4 недели, пока его спинной мозг будет срастаться со спинным мозгом донора. Чтобы стимулировать спинной мозг, хирург планирует применить специальные электроды.

После выхода из комы, пациент сможет стандартно и нормально управлять головой, а также всем телом, которое он получит. К слову, говорить Валерий будет прежним голосом. Чувствительность головы должна вернуться практически сразу. В дальнейшем Валерию придется пройти курс психотерапии, которая поможет ему восстановиться не только физически, но и психологически. У хирурга уже имеется несколько добровольцев на роль донора тела, поэтому с поиском донора проблем не возникнет. Единственное, что сдерживает ныне хирурга и Валерия, это место проведения операции. Пока ни одно государство не решилось взять на себя ответственность и позволить провести пересадку головы на своей территории.

«Не отменён, а поставлен на паузу»: участник эксперимента по пересадке головы Валерий Спиридонов — о судьбе проекта

— Как вы оказались в США, как складывается ваша жизнь здесь, чем занимаетесь?

— Я инженер, приехал в США, чтобы получить степень магистра. Учился в университете города Бока-Ратон по специальности computer science. Это инженерная дисциплина, компьютерные науки. Кроме того, мы здесь ведём научную деятельность, направленную на то, чтобы лучше узнать, что чувствует человек, как он рассуждает. Для этого мною создано программное обеспечение, которое способно распознавать эмоции, прогнозировать течение диалога.

Я приехал сюда по программе, которая поддерживает молодых учёных, позволяет им получать высшее магистерское образование. Для этого в университетах есть специальные гранты. На сегодня я уже закончил образование и приступил к работе — применяю свои знания на практике. Эти знания находятся в области разработки искусственного интеллекта, программного обеспечения, отказоустойчивых кластеров, систем, серверов. Также мы делаем очень интересный стартап, связанный с дронами, квадрокоптерами. И я думаю, что он будет успешным. Это будет действительно мировой проект.

— Расскажите о ваших научных исследованиях.

— Мои исследования связаны с тем, чтобы узнать, насколько мы можем использовать искусственный интеллект для помощи людям, чтобы им жилось легче, комфортнее, безопаснее, спокойнее, чтобы люди лучше понимали друг друга. То есть это не просто машинный перевод слов, как есть сегодня, например, у Google. А это система, которая позволяет вести диалог, удерживать внимание.

— Приведите пример, как это может быть использовано на практике?

— Например, доктор и пациент. Такие системы позволят в будущем лучше проводить курсы лечения, лучше взаимодействовать со службами, помогающими людям в трудных ситуациях. Это может применяться для бизнеса, чтобы вести диалог с клиентом, лучше его понимать и знать, что он чувствует. Это поможет всем. Другая система, про которую я говорил и которая связана с дронами, позволит людям получить картинку и звук в реальном времени с любой точки мира и при этом управлять камерой удалённо из любой точки мира.

Также по темеВалерий Спиридонов: После пересадки головы отправлюсь в отпуск Названа примерная дата, когда российский программист сможет стать первым человеком, чью голову пересадят на новое тело. Это декабрь…

— Какие планы на будущее у вас и вашей семьи? Какой прогноз дают врачи здесь, в США?

— Мои планы не связаны с каким-то определённым местом. Моя специальность позволяет мне более 15 лет работать удалённо. Сегодня я нахожусь в США, потому что так удобнее для моей семьи и для моего сына: без перелётов, стрессов и в комфортном климате. Что касается докторов, я не думаю, что мне могут как-то радикально помочь. Традиционная медицина не имеет в своих руках арсенала для лечения подобных заболеваний.

Единственный препарат, который вышел в последние годы в США и был недавно одобрен для использования по всему миру — это Spinraza. Он останавливает деградацию мышечных волокон, позволяет улучшить качество жизни. Курс его достаточно дорогой, но тем не менее это огромный шаг вперёд. И мы надеемся, что в ближайшее время он будет доступен повсеместно.

— Планируете ли возвращение на родину? Есть ли в России работа, которая могла бы вас заинтересовать?

— Я совершенно точно не исключаю для себя возможности вернуться в Россию. И это не связано ни с какими рабочими проектами, а просто потому, что это моя родина и там все мои друзья, там мой брат. Но сегодня у меня нет таких планов и нет сотрудничества с кем-либо из России. Хотя я считаю, что мой опыт и знания доктора Канаверо — это то, что может вывести российскую медицину на несколько шагов вперёд. Эти знания уникальны. Но они могут быть применены только при поддержке государства. Я объясню, почему так.

Дело в том, что сегодня, если речь идёт о сотрудничестве с доктором Канаверо, многие учёные, в том числе и в России, понимают, что они идут по достаточно тонкому льду. Это связано с репутацией, с рисками, которые несёт сотрудничество с такой персоной, как доктор Канаверо.

Он уже успел заявить, что готов пересаживать голову, работает в Китае с крысами, с обезьянами, вот-вот приступит к опытам с людьми.

Но на самом деле вся эта технология — она о другом. Она направлена на помощь людям с другими заболеваниями: она нужна для того, чтобы лечить травмы позвоночника, чтобы людям, которые давно и долго обездвижены, возвращать способность чувствовать, двигаться, жить полноценной жизнью. И мы ведём речь именно об этой технологии. Мы готовы помочь правительству России, чтобы принести эту технологию в страну, готовы сотрудничать напрямую. И безусловно, если нам окажут в этом поддержку, дадут зелёный свет, я приеду в Россию и буду делать всё, что от меня зависит, чтобы это состоялось.

— Поступали ли вам какие-то предложения из России?

— Я постоянно получаю предложения, они достаточно интересные и касаются разработки программного обеспечения, моего опыта управления проектами, управления стартапами. Они касаются искусственного интеллекта, работы с облачными системами хранения данных. Компании в России, такие как Сбербанк, «Яндекс», они действительно ищут сотрудников, чтобы пополнить свои кадры опытными профессионалами. Но в данный момент я считаю, что для меня лучше находиться здесь. Потому что, как я говорил, мне бы хотелось, чтобы мой сын, которому сейчас один год, провёл время в спокойном климате, без необходимости адаптироваться к погоде, к новым условиям. Но это не мешает мне сотрудничать удалённо с любыми компаниями.

— Поступают ли вам предложения о проведении операции, аналогичной той, что планировал провести доктор Канаверо? Возможно, есть другие врачи, работающие в этом направлении?

— Различные предложения по внедрению инновационных технологий, в том числе в медицине, поступают постоянно. И особенно, конечно, их много было в период 2015—2017 годов, когда Канаверо только заявил о своих планах. Предложений много, но приходится их очень тщательно оценивать. Потому что многие из них несут в себе достаточно странные решения, другие нуждаются в значительной доработке. Есть очень интересные, и мы хотели бы дать им зелёный свет и применить их в том числе и для работ, связанных с технологией доктора Канаверо.

Также по темеОт пересадки головы до космического туризма: самые ожидаемые научные события 2018 года В 2018 году медики планируют пересадить голову живому человеку, а астрономы обещают вырастить картофель на Луне, нырнуть в Солнце и…

Но пока я не склонен делать никакие операции. И единственное, что возможно делать в моей ситуации, — это поддерживающая терапия либо установка импланта в позвоночник. Но это не срочная задача, так как моё состояние стабильно и я прекрасно себя чувствую: работаю восемь часов в офисе наравне с другими сотрудниками. В данный момент моему здоровью ничего не угрожает, и я хотел бы довести до совершенства одну из технологий, которыми я занимаюсь сегодня.

— Так вы изменили решение и отказались от операции или готовитесь к ней?

— Моё отношение к операции по пересадке головы не изменилось. Я считаю, что есть ситуации, когда такая операция — единственное возможное решение по спасению жизни. С этической точки зрения оно ничем не отличается от обычной трансплантации. Ведь нет каких-то серьёзных этических дискуссий в обществе по поводу пересадки органов: лёгких, печени, почек. Это плановые операции, которые сегодня проводятся и в России каждый день. Трансплантации такого рода давно стали привычными.

Что касается пересадки головы — мы к этому придём. Мы придём к тому, что появится большое количество и других решений, таких как, может быть, модификация генома, что уже сегодня стало реальностью, но нуждается в большей маркетинговой составляющей. Модифицировать геном сегодня возможно, и кое-где это уже делают. Насколько это необходимо делать, я думаю, человек решит для себя сам. И здесь не может быть ограничений, связанных с этикой, с религией и так далее.

Науку не остановить. Её можно задержать в развитии. Но для чего это делать? Всё равно появятся свои Джордано Бруно, которые так или иначе расскажут, как устроен мир, и сделают его лучше.

  • Валерий Спиридонов об операции по пересадке головы

— Чем сейчас занимается доктор Канаверо ? Что вам известно о его экспериментах в Китае?

— Мы находимся в постоянном контакте с доктором Канаверо и общаемся несколько раз в месяц. Мне известно, что его эксперименты прошли удачно. Опыты с животными, такими как собаки, обезьяны (то есть с крупными млекопитающими, про которых я говорил раньше) прошли более чем успешно.

Сегодня есть документы, которые показывают реалистичность сращивания волокон спинного мозга, восстановления двигательной активности. Этому есть фото- и видеодоказательства.

Более того, есть активное желание сотрудничать с представителями медицинских учреждений, государственных структур, чтобы передать эту технологию людям. Но для того, чтобы это сделать, должен быть шаг со стороны государства, когда выделяется специализированный грант, выделяется специализированное помещение, лаборатория, чтобы изучить, провести все проверки и сказать, работает технология Канаверо или нет. Потому что Серджио Канаверо и доктор Жэнь Сяопин готовы приехать в Москву, готовы приехать в любое другое государство, чтобы рассказать все детали, поделиться материалами по этому поводу. Но это не может быть их инициатива, они не могут лично говорить: «Пригласите нас, пожалуйста, мы вам всё объясним и покажем». Нет, должна быть заинтересованность со стороны властей. Если она будет, мы, конечно, поможем сотням и тысячам людей.

— Как изменило вашу жизнь появление ребёнка?

— Рождение сына, безусловно, очень сильно изменило мою жизнь. Я стал внимательно относиться к своим поступкам, стал гораздо серьёзнее воспринимать свою деятельность, своё здоровье. Потому что мне нужно быть с ним рядом, нужно помогать ему расти. И мне это очень нравится, я провожу с ним много времени.

Отразилось ли это на моём решении не делать операцию? Нет. Это связано с тем, что мы хотим довести технологию до совершенства. Делать её публично, открыто, согласованно с обществом.

Но рождение сына дало мне силы заниматься исследованиями, искать пути применения моих знаний, талантов, чтобы у него всё было хорошо.

  • Валерий Спиридонов о рождении сына

— Как ваша жена относится к вашим планам и к экспериментам Канаверо?

— Вы знаете, моя супруга познакомилась со мной, чтобы отговорить меня от этого. Но, когда она убедилась, что я очень адекватно отношусь к эксперименту и принимаю трезвые решения, она успокоилась и мы стали общаться на другие темы.

Это как отказаться от полёта на Марс: ты не можешь отказаться от того, что ещё не может случиться. Не было такого, что мне предложили лечь на операционный стол, а я сказал: «Нет-нет, у меня теперь другая ситуация».

У меня было по-другому. Было так, что я долгое время сотрудничал с доктором Канаверо. Я ждал, пока ситуация изменится, пока мы приобретём поддержку со стороны правительства, может быть, каких-то других структур. Но мы понимаем, что я не могу ждать этого вечно, и я должен заниматься своей собственной жизнью, своим собственным здоровьем, своими собственными проектами. Поэтому на какое-то время эта работа была поставлена на паузу — с моей стороны. Но она, конечно же, не поставлена на паузу со стороны Канаверо. И он уже достаточно далеко продвинулся в совершенно фантастических вещах. Я думаю, что об этом он расскажет сам при желании.

Но вы удивитесь очень сильно, когда узнаете, что сегодня есть технологии, которые позволяют не только трансплантировать тело целиком, но и гораздо более фантастические вещи.

Я даже приоткрою тайну — это пересадка только головного мозга. Это позволит решить большое количество проблем, связанных в том числе с иммунным отторжением, специалисты меня поймут. Но, безусловно, там будут и другие нюансы.

А в целом мы с женой, конечно, очень счастливы. Мы проводим каждый день вместе: ходим на пляж, работаем, вместе растим сына. Мы чувствуем себя счастливыми, и конечно, отсутствие необходимости заниматься подготовкой к операции очень позитивно сказывается на общем состоянии и бодрости духа.

  • Валерий Спиридонов о своей супруге

— Как вы проводите свободное время?

— К сожалению, свободного времени у меня крайне мало. Потому что я пытаюсь заниматься большим количеством проектов, которые связаны с технологиями, с медициной, с наукой, с разработкой ПО и так далее. Я счастлив, что у меня есть время для моего сына. Но мы надеемся, что уже скоро мы сможем немного попутешествовать, хотим посмотреть другие штаты. Мы очень любим бывать в разных местах. И когда куда-то приглашают, мы с удовольствием приезжаем, рассказываем о том, чем мы занимаемся, о том, как мы способны помочь людям, что мы делаем для этого, какие технологии уже стали сегодняшним днём.

Валерий Спиридонов – биография

Валерий Спиридонов

Валерий Спиридонов, ученый-программист из России, в свои 30 лет страдает от заболевания, которое исцелить попросту невозможно. Пересадка головы, при всей фантастичности данной процедуры, остается едва ли не единственной надеждой Валерия – и именно поэтому Спиридонов уже твердо решил, что готов довериться Канаверо, что бы там не думали по этому поводу другие. Болезнь Валерия именуется ‘мышечная атрофия Верднига-Хоффмана’; страдает Спиридонов от этой болезни всю жизнь – собственно, характер она носит генетический.

Родился в семье военного в Челябинске.

Родиной считает город Владимир, куда его семья переехала сразу же после выхода отца на пенсию. В настоящее время проживает во Владимире.

Со слов самого Валерия, когда он родился — был обычным ребенком. Диагноз ему поставили в год. Маленький Валера начинал уже ходить. Но родители заметили, что у ребенка начали слабеть ноги — он не мог вставать, а потом руки.

Валерий Спиридонов

После долгих обследований врачи вынесли вердикт: синдром Верднига — Гоффмана. Это неизлечимое генетическое заболевание. Достаточно редкое — один случай на сто тысяч человек. Оно выражается в том, что у больного с каждым годом слабеют мышцы.

Сейчас Спиридонов не может поднимать предметы тяжелее 200 граммов, то есть тяжелее телефона.

Изначально родители не теряли надежды на излечение сына – возили его ко всем известным специалистом.

Когда поняли, что медицина бессильна, то плотно взялись за развитие интеллектуальных способностей ребенка.

Валерий закончил школу с золотой медалью и университет по специальности, которая позволяет ему работать удаленно – программист.

Валерий Спиридонов

Сейчас Спиридонов работает на две компании, которые занимаются разработкой программного обеспечения. Работает, естественно из дома, так как прикован к инвалидному креслу.

Валерий Спиридонов стал известным на весь мир благодаря предстоящей уникальной операции по пересадке головы к донорскому телу, которую взялся провести итальянский нейрохирург Серджио Канаверо.

Для себя Валерий расценивает эту очень рискованную операцию как единственный шанс выжить – время сейчас работает против него.

Несмотря на опасное, тяжелое заболевание, Валерий Спиридонов всегда вел и продолжает вести очень активную жизнь. Отец Валерия был военным и ушел из жизни достаточно рано – когда его сыну было всего шестнадцать лет. Он погиб в автомобильной катастрофе. Мама его работала детским психологом. Женщина специализировалась на психологической помощи детям, оказавшимся в весьма непростых жизненных ситуациях. Будучи профессиональным детским психологом, она сумела наладить с сыном правильное общение и помочь ему не потерять веру в себя, в свои силы, в возможность избавления от тяжелого врожденного недуга. Валерий всегда вел жизнь активного, здорового человека. Он получил высшее образование, закончив факультет информационных технологий. Более того, он начал активно заниматься общественной жизнью – например, возглавил комитет по делам семей и молодежи.

Валерий Спиридонов

Спиридонов предпочитает относиться к жизни позитивно и всегда надеяться на лучшее. Он отлично понимает, что операция может окончиться неудачно, но убежден, что страхи и сомнения все-равно не исправят ситуацию, поэтому гонит от себя все тревожные мысли. Итальянский хирург утверждает, что положительный исход хирургической операции намного более вероятен, нежели ее неудачное завершение. Возможные этические проблемы врача и его пациента также не слишком беспокоят. Они собираются найти донорское тело среди жертв автокатастроф либо преступников, приговоренных к высшей мере наказания. Канаверо полагает, что данная операция не имеет принципиальных отличий от пересадки почек, печени либо сердца. В течение долгого времени такие операции многие также считали неэтичными, однако сегодня так уже никто не думает.

Ориентировочная дата проведения операции – декабрь 2017 года.

Валерий Спиридонов – личная жизнь

Не женат, детей нет.